XXII


Председатель Совета Министров и молодой капитан удалились, а Иванов приставил трубку к уху и расположился поуютнее у стола, чтобы' говорить с Государем. Слышна была только половина разговора, которую и отметим.
— Доложите Его Величеству, что я у телефона.
— Ваше Величество, а я только что собирался к Вам явиться, но Вы так милостивы, все меня бережете. Уверяю Вас, меры приняты, опасности никакой.
— С нетерпением ожидал. И у Вашего Величества это на сердце лежит. Слушаю, слушаю! Только, ради Бога, позвольте быть совершенно откровенным.
— Сносился телеграммой. Увы! Антонович болен, только что начал поправляться, но еще к делу не годен.
— Да, ужасно жаль. Что за болезнь, не знаю.
— Ваше Величество, вы разрешили мне... и требовали от меня правды. А что же я могу сказать? Типичный бюрократ, интриган, хитрый, ловкий. Куда ветер подует, туда и он. Финансы знает, но только в смысле административной рутины и критики. Я с ним говорил и вынес убеждение, что творчества тут и не заводилось.
— Простите, Ваше Величество, а уж этого кавалера я и совсем боюсь. Кто его знает, что у него в середке? Теперь ругает Витте на всех перекрестках, а вчера еще плакал ему в жилет и клялся, что был
диктатор. Политическая фантазия
495
его правой рукой. Про нравственную сторону я уже не говорю, но и талант под большим сомнением. Великолепный оратор, а на деле — что он после себя оставил?
— Не знаю, Ваше Величество, лично не знаком. Человек независимый, энергичный. По финансам как будто понимает. Прикажете с ним от Вашего имени поговорить?
— Ах, виноват, понимаю. Боюсь, что Ваше Величество слишком полагаетесь на мои силы. Слушаюсь-с, жду, кого Вам будет угодно назвать еще.
— Разве Вашему Величеству не известна Коркинская история? А 17 млн Прокудинских325? Нет, это имя и произносить невозможно. Человек совершенно скомпрометированный.
— Да, да, к несчастью!
— Господи, как Вас эти мошенники обманывали! Если Ваше Величество интересуетесь, я Вам эти истории подробно доложу.
— Ну, конечно, Сергей Юльевич.
— Слушаю, слушаю. Вот уже тут, Ваше Величество, я ничего не могу сказать. Константин Петрович326, царство ему небесное, циник был великий, да и в людях тоже зачастую ошибался. Да, это человек его школы. Я читал эту вещицу, да кто у нас по финансам не писал? А по-моему это типичный петербургский тайный советник.
— Ваше Величество, сами знаете, что это действительно порода, зоологический вид. Благоволите посмотреть его послужной список.
Точь-в-точь, как у Коковцова, хоть в «Стрекозе» печатай. Бродил из ведомства в ведомство, участвовал в самых невозможных комиссиях, получал прибавки, аренды и Высочайшие благоволения, имеет все ордена «до Белого Орла включительно». А толку от него ни на три копейки. Уверяю Вас, что все эти господа похожи на старую затрепанную колоду карт. Как ее ни перетасовывать, все будут одни и те же фигуры. Обновить Россию могут молодые и свежие элементы, этим старцам надо предоставить присвоенную пенсию и черные рамки в «Новом Времени».
— Ну, конечно, помимо чинов! Ах, Ваше Величество, как давно это было нужно сделать! Это составило бы славу Вашего царствования. Ведь из-за чина правительство формально изолировано от всяких свежих сил.
— Слушаю, Ваше Величество! Вот это действительно имя. Он и на меня произвел совершенно такое же впечатление. Только ведь это
496
СЕРГЕЙ ФЕДОРОВИЧ ШАРАПОВ
барин и страшный лентяй. Он может в любую минуту остыть, бросить все и уехать к себе в Сычевку или во Флоренцию.
- Да, разумеется, страшно симпатичен. И притом отличный оратор, владеет толпой. Справится с чем угодно, талант несомненный. И однако в Думе рта не разинул. А между тем, чтобы попасть в Думу, ушел из Государственного Совета.
— У меня? Продолжаю настойчиво искать. Боюсь обнадеживать Ваше Величество, но, кажется, мне придется скоро Вам докладывать и просить Вас начать упразднение чинов на деле и сделать производство довольно необыкновенное...
— Нет, нет, Ваше Величество, позвольте умолчать. Я вот его хорошенько рассмотрю да проэкзаменую. Тут надо быть страшно осторожным.
- Теперь? Сейчас принимаю депутацию объединенного дворянства. Кажется, будут граф Бобринский327, князь Касаткин-Ростовский328 и саратовский Ознобишин329.
— Слушаю-с, слушаю-с! Ваше Величество, можете быть покойны! Я сам дворянин и свое звание глубоко чту. Но этим господам маленькое нравоучение прочесть не мешает.
Разговор кончился. Иванов положил телефон на место, глубоко вздохнул и задумчиво произнес:
— Наслаждение работать с таким Царем... Какой Он славный, добрый! И что с этой добротой делали! Опутывали, всячески обманывали, наконец, оклеветали перед Россией. А Он спокоен, как праведник: «История Меня оправдает». И никто, никто не знает Его в настоящем виде! Погодите, милостивые государи, я покажу вам вашего Царя во весь рост!_
Иванов вздохнул, нажал пуговку звонка и сказал:
— Просите дворянскую депутацию.
<< | >>
Источник: Шарапов С.Ф. ДИКТАТОР. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФАНТАЗИЯ. . 2010

Еще по теме XXII:

  1. Глава XXII. Право в системе социальных норм
  2. XXII. ЗНАКИ ПРЕПИНАНИЯ В ПРЕДЛОЖЕНИЯХ С ОДНОРОДНЫМИ ЧЛЕНАМИ
  3. ГЛАВА XXII ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА УГОЛОВНОГО ПРАВА ЗАРУБЕЖНЫХ ГОСУДАРСТВ
  4. Глава XXII
  5. Глава XXII Почечуй
  6. XXII. Норикская война
  7. Глава XXII Определения
  8. ГЛАВА XXII ОТЧУЖДЕНИЕ СОБСТВЕННОСТИ
  9. XXII. Вторая Пуническая война
  10. Розділ XXII Юридична відповідальність
  11. Глава XXII Родимец или эпилепсия
  12. XXII. Немезида, илй Превратность вещей
  13. Глава XXII Помесячное недостаточное или остановленное