III. Пробуждение


Но погибнуть мне не было суждено. Наступил момент моего пробуждения.
Ко мне начало понемногу возвращаться сознание. Затеплилось чуть заметно мое «я», ожил мозг. Я начинал сознавать, что существую; реально это выражалось в том, что было различимо слабое ощущение холода и еще более слабое появление теплоты, как будто меня согревали и никак не могли согреть, не могли одолеть мертвенного холода, который сковывал все мое тело.
Но тела своего я не чувствовал. Я не мог бы найти сам своим самосознанием, где у меня рука, глаз, ухо. А кругом был мрак и мертвая тишина.
Теплота, однако, усиливалась. Понемногу я начал ощущать, вернее, сознавать, несколько мест, очевидно, мне принадлежавших, которые не то терли, не то мяли. Начал чувствовать, как поднимают и опускают мои руки, сгибают ноги, давят грудь и накачивают в легкие воздух. Но я не мог ни открыть глаз, ни чего-либо услышать, кроме неопределенного далекого шума. Затем я почувствовал несколько резких болезненных толчков и сильнейшую боль в спине и конечностях. Шум распадался уже на отдельные голоса. Я слышал почти над самым ухом французские слова.-- Le coeur va bien. II est sauve394.
Это были первые слова, которые я понял. Но ни ответить, ни шевельнуться, ни открыть глаз я по-прежнему не мог. Сколько времени это происходило, не знаю.
Боль и шум, наконец, прекратились. Я почувствовал, что снова теряю сознание и засыпаю.^
Через несколько времени я проснулся и на этот раз уже основательно. Раскрыв глаза, я увидел прямо против себя огромное окно, ярко освещенное солнцем. Лучи заливали всю комнату и мучительно отражались на белых стенах и белоснежном белье моей постели. В креслах у моих ног дремала красивая женщина в сером парусинном платье и белом переднике с красным крестом на груди. Я чув-ствовал себя бесконечно слабым. Хотел позвать ее и не мог. Попробовал поднять руку, но она тотчас же упала без движения. Мой шорох разбудил сиделку. Она поднялась с места, и наши взгляды встретились.
Через полвека
617
- Тсс! Не шевелитесь и не говорите. Я сейчас позову доктора. Она нажала кнопку и вошел служитель.
— Доложите доктору Неведомскому и пошлите сказать профессору Бонпарелю: пациент проснулся.
Я собрал все силы и едва мог спросить шепотом.
- Где я?
— Молчите, молчите. Сейчас придут врачи. Вы в центральной городской клинике для нервных болезней. Мы пробуждаем вас уже десятый день. И вот, наконец, — слава Богу!
Больше она не сказала ничего, да и я был настолько слаб, что стал опять впадать в дремоту.
Через несколько времени я вновь проснулся, почувствовав во рту нечто необыкновенно горькое.
Вокруг меня была толпа. Говорили шёпотом. Мои силы постепенно возвращались. Я уже мог отвечать односложными звуками на краткие вопросы француза-профессора. Мне прописали лекарство, назначили ванну, определили питание, и с этого момента началось довольно быстрое восстановление моих сил.
Через пять дней я уже кое-как ходил, пробовал читать газеты, ел порцию «выздоравливающих» и мог довольно определенно узнать, что со мной случилось.
Моя сиделка, оказавшаяся прекрасной сестрой милосердия и очень образованной девушкой, принесла мне кипу разнообразных московских изданий, где говорилось обо мне. Господа репортеры рассказали все так обстоятельно-подробно, что словесное сообщение было бы вполне излишним. Среди статей мелькало множество прекрасных фотографических снимков, сделанных в тексте совершенно неизвестным мне способом, и на этих снимках я мог увидеть все фазы моего пробуждения.
Дело, как оказывается, происходило так. Доктор Блэк, усыпив меня, проделал надо мной все необходимые операции, затем запаял в двойной гроб и тихонько похоронил на кладбище N-ского монастыря в Москве. Была составлена инструкция для моего оживления и, как обещано, сдана на хранение в Парижскую академию.
Вообразите себе, однако, что за год до наступления моего срока в Париже произошла кровавая революция. Правительственным войскам снова пришлось брать Париж, как восемьдесят лет назад. Осада длилась очень долго, и во время бомбардировки Парижская акаде-
618
СЕРГЕЙ ФЕДОРОВИЧ ШАРАПОВ
мия со всеми ее архивами была почти разрушена. Бумаги прятали куда попало, в подземелья и погреба, и значительная их часть погибла. Мой конверт был найден совершенно случайно в подвале церкви Мадлэн одним из священников, который, прочитав на обложке, что срок вскрытия давно прошел, отнес свою находку к епископу. Там конверт распечатали и узнали, что в Москве, на таком-то кладбище закопан живой человек, которого надо было извлечь и оживить еще год назад!
Подняли тревогу, собрали врачей и назначили особую комиссию с профессором dr. Бонпарелем во главе для поездки в Россию. Здесь, конечно, никаких препятствий не встретилось, мои бренные останки были выкопаны, оживлены, и вот, ваш покорный слуга очутился вновь среди своих соотечественников - увы! - на целых два поколения младших, чем он.
Нечего делать, надо опять жить. Давайте же посмотрим, как устроились и действуют господа наши внуки и правнуки...
<< | >>
Источник: Шарапов С.Ф. ЧЕРЕЗ ПОЛВЕКА. Фантастический политико-социальный романЧасть первая. 2010

Еще по теме III. Пробуждение:

  1. 8. «Великое пробуждение»
  2. Пробуждение
  3. Пробуждение
  4. Восток после пробуждения (XX в.)
  5. § 70. Пробуждение Азии
  6. ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ
  7. Пробуждение общественного сознания
  8. Богиня Нейт и бог Аполлон: пробуждение субъективности
  9. Томас Клири. Мудрость дзэнСто историй пробуждения, 2001
  10. «Пробуждение Азии» — первая волна буржуазных антиколониальных революций
  11. ИМПЕРИАЛИЗМ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА. ПЕРЕМЕЩЕНИЕ ЦЕНТРА МИРОВОГО РЕВОЛЮЦИОННОГО ДВИЖЕНИЯ В РОССИЮ. ПРОБУЖДЕНИЕ АЗИИ
  12. Какое дело мы предпринимаем, почему для него необходим пробужденный разум и как надлежит его пробуждать
  13. ГЛАВА III ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ФЕОДАЛИЗМА В ЯПОНИИ (III-Vin ВВ.)
  14. лекция девятнадцатаяБОРЬБА С ПЕРЕЖИТКАМИ УДЕЛЬНОЙ ЭПОХИ ПРИ ИВАНЕ III И ВАСИЛИИ III И УСТАНОВЛЕНИЕ МОНАРХИЧЕСКОГО АБСОЛЮТИЗМА
  15. САЛМАНАСАР III
  16. ЛЕВ III (ум. 816)
  17. ПСАММЕТИХ III Анхкаендра, Псамтик
  18. III. Приложения
  19. РОЗДiЛ III